Новые Цитатаы

— Не знаю, — сказал он. — И я не знаю. Потому то жизнь так интересна.

После войны так долго нельзя было привыкнуть, что уже не надо бояться неба. Светлана Алексиевич

— Ты один, без мамы? — Мама умерла восемь лет назад. — Прости.

Радость пред Богом — подкрепление для вас. Неем.8:10

Самое опасное в войне, которая начинается при таких условиях, как теперь война с Польшей, самое опасное — это недооценить противника и успокоиться на том, что мы сильнее. Это самое опасное, что может вызвать поражение на войне, и это самая худшая черта российского характера, которая сказывается в хрупкости и дряблости. Важно не только начать, но нужно выдержать и устоять, а этого наш брат россиянин не умеет. И только длительной выучкой, пролетарской дисциплинированной борьбой против всякого шатания и колебания, только посредством такой выдержки можно довести российские трудящиеся массы, чтобы они от этой скверной привычки могли отделаться.

— Вы не обучались определять ложь специально? — У меня было много мужчин!

Счастье — это когда жена похожа на идеал, дети похожи на тебя, работа похожа на хобби, и при этом тёща не похожа на начальника, начальник не похож на идиота, а зарплата не похожа на милостыню.

Кто—нибудь обязательно распыляет в воздухе свое настроение.

Хотите сладких снов? – Усните в торте!

Когда вы будете стоять у порога смерти, будет не важно, сколько денег вы заработали, насколько большой дом вы имеете, и сколько стоит ваша машина. Каждый из нас придет к этому дню – и мы должны спросить себя, был ли смысл в прожитой нами жизни? Мэри Кэй Эш

Мужчина не способен бросить женщину, которая без него — может. На такую можно орать, ее хочется придушить, обозвать бессовестной Дездемоной, но бросить нельзя. Слава Сэ. Жираф

В политике успех зависит не столько от того, что ты делаешь, сколько от того, как ты себя ведешь.

Когда жизнь становится жалкой, ты наконец начинаешь ее понимать, и появляется миллион вопросов, на которые ты не можешь найти ответ.

Если в гуще толпы ты безмолвно живёшь, Ты, о сердце, колосья безбожия жнёшь. Удались, терпеливый, в пустынную землю, — Подивишься тому, что ты там обретёшь.

Я оглянулся. Паровоз извергал дым и искры. С тяжким, черным грохотом мчался он сквозь синюю ночь. Мы обгоняли поезд — но мы возвращались в город, где такси, ремонтные мастерские и меблированные комнаты. А паровоз грохотал вдоль рек, лесов и полей в какие—то дали, в мир приключений.